• Главная
  • Магия слов: о мурманском детстве с журналом "Огонёк"
21:03, 15 мая 2020 г.

Магия слов: о мурманском детстве с журналом "Огонёк"

Фото: Пекарь С.И. Мельников с семьей в новой квартире. Фотограф Олег Кнорринг, 1951 год, back-in-ussr.com

Фото: Пекарь С.И. Мельников с семьей в новой квартире. Фотограф Олег Кнорринг, 1951 год, back-in-ussr.com

Помните первую книгу, по которой вы учились читать? «Букварь» это был, книга сказок с яркими картинками или старый и любимый всеми членами семьи сборник стихотворений?

Для мурманского публициста Валерия Немкина азбукой стал журнал «Огонек». Вот как это было.

Детство – это «Огонек». Глянцевая обложка, прекрасные репродукции, запах типографской краски, ощущение свежести, нетронутости, другого мира. И с неизменным штампиком наших реквизитов. Приход очередного номера без преувеличения был всегда ожидаемым праздником. И какая бы непогода не буйствовала на дворе – дождь ли, метель – он неизменно поступал к нам гладеньким, как с иголочки. 

«Огонек» был нашим семейным журналом. Это значительно позже, обжившись на полках книжных шкафов, «Огонек» потеряет для нас свою индивидуальность. Он не только поделится первенством с другими журналами, такими, как «Вокруг света», «Техника – молодежи», «Смена», «Наука и жизнь», но и в чем-то заметно уступит им. Но изменение с годами наших читательских пристрастий не помешает нам продолжать из года в год подписываться на «Огонек» – постоянно и без обсуждения.

Уважительное отношение к «Огоньку» нашего детства, а это середина 50-х, у меня с личным оттенком. Значение этого издания в моей жизни трудно переоценить – через его страницы я шагнул в бескрайнюю страну чтения. Читать я научился рано и абсолютно без посторонней помощи. Азбукой же моей стал, как вы уже догадались, журнал «Огонек».

Правда, на первых порах я научился лишь довольно правдоподобно имитировать чтение. Хорошо разбираясь в партийно-государственных титулах и званиях советского руководящего ареопага, а также безошибочно ориентируясь в руководящей элите стран народной демократии Европы и Азии (все от отца), я уверено открывал журналы на страницах с коллективными протокольными фотографиями вождей (прибытие и отъезд делегаций, подписание документов, переговоры) и громко «читал» подписи под ними: «Слева направо: председатель Совета министров СССР Г.М. Маленков, первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев, председатель Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилов» и т.д. Ошибки исключались: титулы К. Готвальда я не мог спутать с титулами В. Пика, а Мао Цзэдуна не мог спутать с Ким Ир Сеном.

Также громко я мог и любил «прочитать» в конце крупной журнальной публикации курсивом набранную строчку: «Продолжение следует». Музыка, волнение, таинственность слышались мне в самом ее звучании. Необычное сочетание. Магия слов. Знал я, конечно, и «Окончание следует». Но эта строчка воспринималась приземленной, и особого восторга у меня не вызывала.

На втором этапе овладения грамотностью прочитать – для меня значило провести глазами по всем строчкам журнала (у отца подглядел). Педантично, от выходных данных до адресов издательства и типографии. Эта педантичность у меня осталась неизменной на всю жизнь. Книга попадала в разряд прочитанных, только будучи прочитанной со всеми комментариями, вступительными статьями и послесловиями.

«Читать» я садился в дверном проеме на кухню со стороны комнаты, в которой все уже спали, и свет был выключен. Садился так, чтобы свет из кухни падал мне на страницу и чтобы папа, разбиравшийся с корреспонденцией у остывающей печки, меня при этом не увидел и не услышал. Заметит, прогонит: «Глаза испортишь. Давай, ложись спать». 

Почему журнал стал азбукой? Книг в доме почти не было, они появятся чуть позже. По газетам и журналам же мы были лидерами, причем далеко не только на своей улице. Много изданий выписывали, не меньше их торчало ежедневно из отцовских карманов, когда он приходил с работы.

О существовании детских книжек узнал, когда сестра принесла от соседей их целую стопку: разного формата, красочно иллюстрированных, нарядных, разнообразных по жанру. Но к этому времени я уже умел читать и буквально проглотил их. С таким-то огромным шрифтом.

Регулярное чтение – мощнейший тренинг, позволяющий тверже стоять на ногах, иметь трезвый независимый взгляд на происходящие события и обстоятельства, помогающий меньше ошибаться в людях и за километр распознавать прохвостов и авантюристов. Чтение – это знание. А знание избыточным не бывает. Читайте, друзья! Держите форму!

Также читайте другие статьи рубрики"Бесценный опыт":

Пять подвигов Мурманска .

Изюм, жестяные банки и традиции - как праздновали Пасху в СССР.

Город-каток, коты и "изделие №2" - весна в советском Мурманске. 

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
#Бесценный опыт #воспоминания #весна #Огонек #Мурманск
0,0
Оцените первым
Авторизуйтесь, щоб оцінити
Авторизуйтесь, щоб оцінити
Спецтема
Бесценный опыт - взгляд из времени на жизнь и события наших дней. Это рассказы мурманчан о праздниках и вещах ушедшей эпохи, о людях и событиях, обо всем, что так или иначе повлияло на нас.

Комментарии

Объявления
live comments feed...